История одной фотографии

(Факт и комментарий)

Недавно в нашу редакцию обратился жи­тель Санкт-Петербурга, уроженец Дагеста­на Вадим Мирзоев, выходец из известного ахтынского рода Мирзоевых (его отец Аб­дула Магомедович Мирзоев был наркомом финансов Дагестана в 30-х годах прошлого века, другой брат отца Сулейман Эмиров в те же годы занимал пост наркома труда ре­спублики, а брат — Димир Мирзоев был из­вестным ученым – геологом, членом Акаде­мии естественных наук России).

Но Вадим Абдулаевич сообщил не об истории своего тухума, а о таком интерес­ном факте, имеющем отношение к Дагеста­ну. На так называемой «коммунистической площадке» «Александро-Невской лавры” в Санкт-Петербурге он обнаружил могилу с захоронением 1935 года нашего земляка Муссабек Хаджи Касумова. Кстати говоря, удостаивались чести быть похороненными в этом сакральном месте только люди, кото­рые имели большие заслуги перед Родиной. Именно к таким и относился Касумов. Вадим Абдулаевич любезно предоставил редакции фото надгробной плиты, установленной на могиле нашего земляка Муссабека Хаджи Касумова.

Мы нашли некоторые архивные материа­лы. Оказалось, что в 1925-30-е годы Касумов был заместителем председателя Совета на­родных комиссаров, председателем Совета Народного Хозяйства Азербайджана, пред­седателем государственного планового ко­митета Азербайджанской ССР. В 1930-33-е годы был начальником управления архи­тектуры и планирования Ленинградского горсовета, а в 1933-35 годы создал Союз архитекторов Ленинграда, став его первым председателем. Как видим, уроженец даге­станского сел. Касумкент ( родился в 1886 году) достиг поистине высоких вершин как в деле государственного строительства, так и в творчестве…

Считается, что наша жизнь «течет», «про­ходит». Но это не совсем так. Именно люди направляют ее, они главные двигатели это­го процесса. Но, конечно, речь идет о лю­дях активных, о людях-новаторах, о тех, кто имеет свою гражданскую позицию. Именно таким был наш земляк Муссабек Касумов, архитектор и государственный деятель, как бы сегодня сказали, «человек с активным общественным лицом». Однако свою неуем­ную энергию творца, в самом прямом смыс­ле слова, он реализовал не у себя на малой родине, в Дагестане, а в Азербайджане и в Ленинграде в 20-х и 30-х годах прошлого века. Однако все по порядку.

В некрологе Н. Ф. Хомутецкого на смерть Касумова, опубликованном в жур­нале «АрхитектураСССР» (№6 за 1935 год) говорится, что «… Партия и архитектурный фронт страны потеряли одного из лучших своих сынов, отдавшего (все свои силы на­шей социалистической родине. Большой жизненный путь прошел Касумов за свои 48 лет. Родившись в Дагестане в семье мелкого чиновника, он в раннем детстве лишился отца и вместе с матерью и сво­ей многочисленной семьей жил у своего дяди. Окончив Бакинское реальное учили­ще, Касумов решил быть архитектором, к чему чувствовал большое горячее призва­ние. Он поступает в Институт гражданских инженеров в Ленинграде. В институте он вступает в подпольные революционные студенческие организации. С 4 курса ин­ститута его исключают, как «политически неблагонадежного». Но это не убивает его любви и стремлений к архитектуре. Ведя уже постоянную революционную работу, он продолжает изучать памятники архитек­туры, рисует и проектирует, работая у ряда архитекторов в Ленинграде и Баку.

В 1904 г. он становится членом Бакин­ского комитета РСДРП и дважды отбывает тюремное заключение. В своей подпольной работе Касумов неоднократно встречается с И.В. Сталиным. Революцию он встречает, как вполне зрелый революционер и архитек­тор. Партия поручает ему ряд ответствен­ных работ. В 1918 г. он назначается комисса­ром электростанций Петрограда. Затем он работает председателем завкома Первой государственной электростанции и дирек­тором этой же станции.

С 1921 по 1925 г. Касумов становится председателем правления Электротока в Ленинграде, неоднократно докладывает непосредственно Ленину о перспективах и планах электрификации Ленинграда и об­ласти. С укреплением национальных респу­блик партия посылает его в Азербайджан, где до 1930 г. трудится председателем ВОНХ и на других руководящих постах. В Азер­байджане он близко знакомится с С.М. Ки­ровым В 1931 г. Касумов опять в Ленингра­де, где он применяет свои силы и способ­ности организатора вначале в Гипроземе, а с 1932 г. руководит архитектурно-плани­ровочным отделом Ленсовета, избирается председателем Союза советских архитекто­ров и председателем Экспертного совета, реализуя идею превращения Ленинграда в образцовый социалистический город. Но богатая, яркая биография славного борца была бы не полна, если бы мы не указали на одну чрезвычайно характерную и ценную для него особенность. Выполняя все эти большие и сложные работы, Касумов про­должает попрежнему любить архитектуру и занимается архитектурой.

Лишь после революции по-настоящему разворачивается его архитектурное творче­ство. С большим трудом выбирая для этой работы время, Касумов успешно выступает в ряде архитектурных конкурсов.

Он побеждает в конкурсе на первый вари­ант Волховстроя. Он также получает первую премию в конкурсе на текстильную фабри­ку в Азербайджане и проектирует ряд жи­лых поселков и зданий. И все это делается урывками, после утомительной и сложной работы. Его работоспособность поражали более молодых, более здоровых. Он упорно боролся со своей болезнью, отказываясь от предложений бросить все и серьезно ле­читься.

В последние годы жизни, несмотря на то, что работа в АПО, в Союзе, в Архитектурном комитете» отнимала у него все время, он мечтал о том, чтобы выкроить время, «трях­нуть стариной» и спроектировать и осуще­ствить какое-либо сооружение.

Касумов, пожалуй, и не замечал того огромного значения, которое имела его ру­ководящая работа для всего архитектурного фронта Ленинграда. Не имея сам достаточ­ных условий и времени для непосредствен­но творческой работы, за последние три- четыре года он много сделал для того, чтобы его коллеги творили в лучших условиях.

В 1932 г. он был душой и организатором единого союза советских архитекторов в Ленинграде, ведя непримиримую борьбу с остатками настроений обособленности и традиционного архитектурного сепаратиз­ма. Будучи руководителем АПК и председа­телем Архитектурного комитета, он много энергии приложил для социалистической реконструкции Ленинграда.

Его умение понимать и ценить человека способствовало тому, что вокруг него был создан значительный слой честных и пре­данных друзей и. работников. Касумова, человека с большим сердцем, не стало в тот момент, когда многое из того, о чем он мечтал и за что боролся, уже претворяется в жизнь…».

PS: К этому некрологу следует добавить, что в правление союза архитекторов Ленин­града вошли известные в городе специали­сты – представители различных архитектур­ных течений — А.С. Никольский, Л.А. Ильин, Г.А. Симонов, другие ленинградские архи­текторы, по 8 представителей от прежних «Общества архитекторов» (ЛОА) и «Обще­ства архитекторов-художников» (ЛОАХ).

Позже Ленинградское отделение было преобразовано в Ленинградскую органи­зацию Союза архитекторов СССР, которое также возглавил Муссабек Хаджи Касумов.

В годы Великой Отечественной войны се­мья Касумова находилась в блокадном Ле­нинграде. Живой осталась только его дочь — Марьяна Муссабековна.

Комментарии специалистов:

Увайс Камалов — председатель Дагестан­ской организации Союза архитекторов РФ, Почетный архитектор России, в недавнем прошлом главный архитектор г.Махачкалы.

— После революции художники русского авангарда, в частности, архитекторы, про­возглашают новое искусство для нового времени. В 30-х годах прошлого века они стремились к новому. Был лозунг: «Долой прошлое до основания, а потом…».

Они пытались в архитектуре уйти от клас­сических канонов. Муссабек Касумов был нацелен на реализацию проекта социали­стической реконструкции Ленинграда. То есть, пытался привнести что-то новое. Это был государственный человек, с серьезным потенциалом организатора производства и творческой личности. Он успешно работал и в Баку, и в Ленинграде. И там, и там он был уважаем и востребован. Достаточно ска­зать, что он возглавлял Госплан Азербайд­жана. Именно тогда, видимо, С.М. Киров заметил его архитектурные способности и организаторский талант. И когда Сергей Миронович возглавил Ленинградскую пар­торганизацию, Касумов оказался нужен и в городе на Неве, где продолжил свою много­гранную деятельность. У Мусабека Касумо­ва всегда бился пульс исследователя, по­стижения всего неизведанного. Жаль , что о наших знаменитых земляках мы знаем так мало. А ведь без прошлого нет будущего. Недавно мы отметили 80-летие Союза ар­хитекторов Дагестана. В его составе 50 че­ловек. Думаю, что жизненная и творческая биография Муссабека Касумова будет при­мером для молодого поколения архитекто­ров Дагестана.

Сулман Каврнукаев — руководитель АПМ- 11 «Гипрогор-Кавказ», член Союза ар­хитекторов России, главный архитектор г.Грозного ( 2000-2011 годы)

— Двадцатый век был эпохой самых боль­ших перемен в обществе. Менялось прави­тельство, экономика, социальные и культур­ные установки. Люди были полны надежд на перемены к лучшему. Художники, музыкан­ты, литераторы, скульпторы и архитекторы в своем творчестве отражали дух нового времени. В период, когда Касумов работал в Ленинграде были сооружены такие памят­ники модерна как: «Дом компании Зингер», он же «Дом Книги», а также гостиница «Асто­рия» и Витебский вокзал. В Москве можно выделить «ЦУМ», гостиницу «Метрополь» и особняк Листа. В то время сформирова­лись интересные архитектурные движения, зарождались новые идеи в архитектуре, в частности, архитектурный конструктивизм. Он стал лидирующим стилем в архитектуре. Для него были характерны, в противовес мо­дерну, четкость, строгость линий и монолит­ность внешнего облика зданий. На первый план выходит конструктивная основа зда­ний — железобетонный каркас. У конструк­тивизма было свое ответвление, функцио­нализм. В его основе лежит научный анализ особенности функционирования зданий. Именно в рамках этого стиля появляются характерные дома той эпохи — дворцы тру­да, рабочие клубы и дома-коммуны. Но этот стиль был признан буржуазным явлением.

Те немногие объекты, которые были по­строены, к примеру, «Дом Мельникова» в Москве , попали в учебники архитектуры. Дело в том, что при построении нового ком­мунистического общества отрицалась семья как таковая. Со своей стороны архитекторы также включились в этот процесс,- проекти­ровались так называемые дома – общежи­тия, с комнатами – ячейками, предусматри­валась детская зона, столовая. Начиная с 30-х годов прошлого века властный интерес к архитектуре конструктивизма угасает, и на арену выходит стиль, надолго закрепивший­ся в России — сталинский. И, как я понял из имеющихся материалов, планы Муссабека Касумова и были направлены на борьбу с «архитектурным сепаратизмом». Несмотря на это, он был идеалистом и романтиком. Сейчас он пересмотрел бы многие взгляды на традиционные ценности…

Эдурад Эмиров