Начну с откровения — я горжусь своей профессией. С годами все больше. У журналистов никуда не девается с возрастом их неугасающий интерес к окружающему, стремление соучастия, общительность.
Вот Нурулгуда Раджабова, к примеру, давно на пенсии, но при ней и ее острый ум, и наблюдательность, и чутье на интересных людей. Она-то и познакомила меня с замечательной уроженкой с. Танты Акушинского района, Почетным работником общего образования России Патимат Магомедовой. В нашей встрече принимала участие еще одна горячая сердцем женщина, Патимат Тазаева, известный журналист и общественный деятель.
Мы неспешно беседовали за щедро накрытым столом в доме Патимат Магомедовой. Разговор лился сам собой — без стыков. Так бывает только с комфортными собеседниками. Я настолько прониклась, что только слушала. У хозяйки чудесная манера говорить — будто течет вода по камушкам, и голос такой — звучный и мягкий одновременно. И еще этот взгляд… Человека, живущего в ладу с собой и миром. Она горянка истинная, без грана фальши. Еще когда родители нарекли ее именем бабушки, исключительно набожной женщины, они будто предвидели ее необычную судьбу.
Платок — это ее суть. Она с ним не расстается. Это вам не те попрыгуньи, которые покрылись в угоду моде.
Ее вера выстрадана, подкреплена делами.
…В маленьком селе Танты семнадцать лет назад возле зиярата появилась небольшая мечеть. Выглядит она довольно скромно — нет ни пышных убранств, ни замысловатых узоров на фасаде. Однако есть факт, который делает ее уникальной — она построена женщиной и посещают ее только женщины.
Патимат Магомедовна, как вообще вам в голову пришло взяться за строительство мечети? Для такого решения одной смелости недостаточно, еще нужна внутренняя готовность…
— Это очень необычная история. Моя двоюродная сестра Патимат Курашова, известный врач — гинеколог, очень набожная женщина, рассказала мне свой сон. В том сне, говорит, туман стелился от дома твоего старшего брата до зиярата. Она это поняла как знак, что мой старший брат должен заняться расширением зиярата, постройкой молельной комнаты.
А я ей отвечаю: «Ты что, он же директор школы, он даже намаз не совершает, это я должна на себя взять, пусть только меня поддержат».
Стала думать, где найти средства на строительство. Семейный бюджет не позволял, я учительницей работала, муж тоже не имел больших доходов. А это как раз было время, когда многие увлеклись коммерцией. Я подумала, вот он — выход. Откуда только смелость взялась — никогда раньше ведь этим не занималась.
Попросила помощи у Всевышнего, и отправилась в Баку, за товаром. Как -то угадала, что именно везти, что пойдет. Привезла вещи и была удивлена, как легко их раскупили. Потом было еще несколько поездок. Когда набралась необходимая сумма, я начала строительство, и все удалось, хвала Аллаху.
А с коммерцией расстались?
— Да, не стала больше торговать. Я же изначально не собиралась глубоко в бизнес погружаться. Мне только и нужно было — на мечеть деньги найти.
Значит, предпринимательство — не ваш конек. А что ваше?
— Я в педагогике нашла свое призвание. У нас, кстати, семейная династия учителей. Нас в семье шестеро детей, пятеро получили высшее образование. Все одаренные математики. старший брат — директор Тантынской средней школы. Я же поступила в Избербашское педагогическое училище. В 1980 году вернулась в родное село и начала трудовую деятельность: стала преподавать музыку. Одновременно работала старшей вожатой, и мне это очень нравилось: быть в гуще событий, организовывать мероприятия, осуществлять интересные задумки.
Дети тянулись ко мне, увлеченно занимались в хореографическом кружке, который я тоже вела. Мы занимали призовые места в районе.
Вы же еще исполняли обязанности начальника почты. Незаменимый в селе человек, можно сказать. Сколько в вас было энергии…
— Наша жизненная сила — это от Всевышнего. Если он не вдохнет ее в человека — останешься пустым и никчемным. А еще мне всегда помогала любовь к малой родине, к моим землякам.
У нас же селение с богатой историей. А люди какие — человечные, порядочные. За богатством не гоняются, друг друга поддерживают. Вот только в вопросах религии были не сильны. Даже для обучения детей Корану из соседнего села приглашали, своих знатоков не было. И тот богослов приезжий однажды сказал:
— Очень мне нравятся тантынцы. Добрые и порядочные, веселые и общительные. Петь любят, танцевать любят.Трудностей не боятся. А вот если бы еще и намаз совершали, все до одного бы в рай попали.
Я читала, что Танты было выселено?
Да, и пострадали мои земляки именно из-за своей сговорчивости, нежелания идти на конфликт. Власти знали, что с нашими проще иметь дело, вот и выселили село полностью. Лишь через 14 лет удалось им вернуться. А дома остались в Чечне…Но они не пошли на новые земли, как им предлагали, а заново обустроились на родной земле. Как таких людей не уважать?
Ваши родители, как я знаю, пользовались в Танты большим авторитетом…
— Отец работал многие годы председателем сельсовета, потом начальником почты. Образование он получить не смог в силу жизненных обстоятельств, но имел врожденные способности, грамотность и талант организатора.
А как он любил людей! Всех, независимо от статуса, возраста и происхождения. В его большом сердце находилось место для каждого.
В нашем доме всегда кто — то гостил, я не помню, чтобы мы одни оставались. Бывало, трижды в день разводили огонь в тандыре, чтобы на всех хватило чуреков. Я сама пекла хлеб, еще с малых лет научилась, хотелось маме помочь.
Правильно говорят, что имя — это судьба. Ваш отец же был трижды Магомедом, и достойно носил имя нашего пророка.
— Магомед Магомедович отличался необыкновенным дружелюбием. Представляете, никогда не ругался ни с кем. Избегал конфликтов, повторяя, что любую ситуацию можно разрешить миром.
Когда он умер, земляки в наш дом шли и шли. Улица была запружена людским потоком.
А маму за что уважали?
— О, ее даже в какой-то степени боялись улыбается. Она была настолько правильным, чистым человеком, что рядом с ней хотелось как-то подтянуться, самому лучше стать.
Сплетням или слухам в наш дом ходу не было. Мама это строго пресекала. Работала санитаркой, и при этом постоянно заменяла врача — мужчину, принимая роды. Ее отзывчивость была равна ее щедрости. Заметив, что у роженицы чего -то из вещей не хватает для ребенка, тут же снабжала ее всем необходимым. Для этих целей, чтобы пеленки мамам шить, ситец покупала рулонами.
Дом у нас был благодаря ее стараниям — полная чаша. Мама Марин начала изготавливать сыр по особому рецепту, настолько вкусный, что за ним приезжали и из соседних сел.
Я ее без дела вообще не видела.
А набожностью отличались ваши родители?
— Мама и папа совершали намаз. Бабушка Патимат, в честь которой меня нарекли, и вовсе была примером самоотречения в своем служении Всевышнему.
Она, можете себе представить, только три дня в году не постилась. Все остальное время держала уразу, ради близких, тех, кто сам по каким -то причинам не мог.
Я заметила, вы платок и дома не снимаете, даже когда одни женщины вокруг…
— С платком интересная история была. Я с малых лет так хожу, это часть меня, можно сказать. И вот я поступила в педучилище, где все непокрытые…
Тогда так и ходили же, это сейчас повальное увлечение хиджабами. Причем далеко не у всех ношение его сопровождается соответствующим поведением…
-Согласна с вами. А для меня платок — это символ веры, и я была готова на любые жертвы ради этого. Так и получилось, пропесочили меня в стенгазете, карикатуру нарисовали такую : я стою, большой платок крепко придерживаю с обеих сторон и внизу надпись: «Я девушка из Акушинского района, платок у меня дорогой, я с ним не расстаюсь!» Но никто не смог меня заставить отказаться от своих убеждений.
Благотворительность — традиция вашей семьи, вашего тухума. А вы пошли еще дальше, стали религиозным просветителем в своем краю.
— Мне было уже тридцать лет, когда я стала совершать намаз. Вся предшествующая жизнь подготовила меня к этому. Это как подъем на вершину.
Вам показалось недостаточно собственного духовного роста, вы за всех переживали…
-Да, меня коробило, что нашим женщинам негде молиться, негде совершать религиозные обряды.
Просветительскую деятельность начала с того, что купила брошюры о мавлиде и раздала всем ученицам в школе.
Они потом благодарили меня, потянулись к религии. Сегодня уже подросли, и в мечети собираются, хвала Аллаху, есть где собираться.
Кто вас поддерживал в ваших начинаниях?
— Моя подруга Айшат Магомедовна, коллега по Тантынской школе, всегда в меня верила и воодушевляла. У нас с ней духовное родство, полное взаимопонимание. Общение с ней дает мне утешение, рахат…
Утешение дарят мне мои дочери, особенно младшая. Мы с ней с полуслова друг друга понимаем.
Нахожу понимание и в своей семье. У меня прекрасные дочери, обе нашли свое призвание, состоялись и в профессии, и в семейной жизни.
Не хотелось бы бередить ваши раны, и все же спрошу. У вас были в жизни утраты, вы пережили большое горе. Что вам помогло выстоять?
— От болезни ушла в расцвете лет моя старшая дочь, погиб в автомобильной аварии десятилетний внук. Время не лечит, эта боль никогда не пройдет. Только вера дает мне силы превозмочь свои страдания, только благие дела, совершаемые во имя Аллаха, позволяют жить в гармонии с собой и окружающим миром.
Два года назад вы совершили большой хадж…
— Это была моя сбывшаяся мечта. Благодаря поддержке зятя мне удалось ее осуществить, и никаких слов не хватит, чтобы передать чувство, которое я испытала там.
А сейчас о чем мечтаете?
— Молю, чтобы были счастливы дети, все дети на земле. Пусть они растут в любви и заботе.
Беседу вела
Тагират Гасанова
