Многовековая история дагестанских народов, в том числе и табасаранского, в течение многих веков была тесно связана с историей Кавказской Албании. Полагают, что Албания является латинской калькой наименования Дагестан. «Существует еще одна гипотеза – предположение Н. Я. Марра, — пишет К. В. Тревер, — о том, что слово «Албания», как и название «Дагестан», обозначает «страна гор»; принимая во внимание, что Балканская Албания, как и Шотландия, является страной горной, это объяснение Н. Я. Марра представляется довольно убедительным».
Роль Кавказской Албании в социально-экономической, политической и культурной областях народов Кавказа была не менее значительной Грузии или Армении. Как считает акад. А.Г. Шанидзе «албаны во всех областях политической и культурной жизни Кавказа принимали деятельное участие наравне с грузинами и армянами».
Одним из важных явлений в истории духовной культуры народов Кавказа, в том числе и Дагестана, значительным фактором благотворного влияния албанской культуры является возникновение албанской письменности и распространение ее среди дагестанских народов.
В начале V в. н.э. было создано древнейшее письмо Кавказской Албании. Алфавит этого письма, состоявший из 52 букв, обнаружен в 1938 г. И. Абуладзе в армянской рукописи XV в., содержащей собрание алфавитов. Шанидзе удалось установить фонетическую близость к древнему албанскому языку современного удинского языка, в котором сохранились по две разновидности всех шипящих звуков и который богат именно гортанными звуками, о чем сообщал, говоря об албанском языке, Моисей Хоренский. «Албанский алфавит, исследованный Шанидзе и другими учеными, — пишет И. Фридрих, — оказался состоящим из 52 букв, что вполне соответствует обилию звуков, особенно согласных, в дагестанских языках».
Как полагают исследователи в Албании существовало несколько видов письменности. Шанидзе писал: «Не исключена возможность, что в Аране не один народ имел свою национальную письменность, а несколько». На албанском языке существовала литература. Албанский алфавит был внедрен в жизнь, о чем свидетельствуют письменные источники. Албанской письменностью пользовались все народы страны, она служила и для международных связей.
Об албанской письменности Тревер пишет: «В конце V – VI в. албаны уже пользовались своим письмом и для международных сношений, т.е. оно перестало быть чисто местным». Албанский алфавит в рукописях Матенадарана и Курдиана, отличается большим количеством буквенных знаков, их имеется 52, и особенно богат свистящими и шипящими звуками.
По мнению С. Н. Муравьева «список кавказско-албанского алфавита, обнаруженный Абуладзе в 1937 г. в армянском учебном сборнике XV в. – единственный полный реестр знаков этой азбуки, донесший до нас не только начертания 52 ее букв, но и что гораздо важнее, название каждой из них (в армянской транскрипции) и ее место в алфавитном порядке».
Член-корр. АН Азербайджана И. Алиев пишет: «Албаны имели единый язык, письменно зафиксированный в переводах Библии и другой богословской литературы, а также в памятниках местной албанской литературы, к сожалению до нас не дошедших, но в существовании которой нет никакого сомнения».
Признавая кавказских албан родственными по происхождению и языку народам Дагестана, некоторые исследователи в своих трудах стараются избегать даже упоминания о табасаранах, замалчивать их этническую, этнокультурную сопричастность к Кавказской Албании.
Поскольку в период усиления Кавказской Албании под этнонимом албаны подразумевались все народности, входившие в это государство, следует полагать, что памятником албанской письменности и албанской азбукой, как и другие народности, пользовались и табасараны.
О переводе Евангелия на албанский язык Гевонд писал: «Но та же самая книга – Евангелие, на всех языках хранится целою и неповреждённою. Умолчу о многих языках, на которых преподавание было наше чудесное и спасительное богоучение, упомяну о некоторых, во-первых — как греческий, во-вторых – римский, в — третьих – бадалинский, в — пятых — сирийский, в-шестых – эфиопский, в — седьмых – индийский, в – восьмых – сарацинский, в -девятых – персидский, в — десятых – армянский, в – одиннадцатых – иберийский, в- двенадцатых – албанский».
В источниках содержатся важные сведения о школах, существовавших в Кавказской Албании, в которых обучались албанскому языку и письменности дети всех народностей страны. М. Каганкатваци сообщает, что албанским царем Вачаганом III (487 – 510 гг.) была открыта школа. Он пишет: «Богом венчанный Вачаган приказал собрать сыновей волхов, чародеев, языческих жрецов, персторезов и знахарей, поместить их в школу для обучения религиозным наставлениям и христианскому образу жизни, для утверждения их в ней. Он приказал всем мальчикам собраться вместе в его собственном селе, называемом Рустак, учредил стипендии и назначил им главу школы и приказал им изучать христианство. Когда он приходил в село совершать службу для поминовения святых, он сиживал в школе, вокруг себя собирал сыновей чародеев, языческих жрецов. Часть из них держали книги, а другие – грифельные доски. Он (Вачаган III) приказывал всем читать громко, сам же радовался более, чем если бы находил большое сокровище». Полагают, что до открытия Вачаганом III особой школы в Албании были обычные школы. По приказу царя Вачагана III было открыто особое училище – школа, где обучались дети язычников. В школах Албании дети учили иноки, за что получали «жалование». Слова Каганкатваци о роли школ в распространении грамотности в Кавказской Албании комментирует проф. Р. М. Магомедов. По его мнению, царь приказал из каждого региона, входившего в Албанское государство, прислать в столицу его, г. Партав, молодых людей для обучения албанскому письму. Дело было поручено главе албанской церкви – архиепископу Виро. После завершения учебы, юноши отправлялись по своим регионам, распространяя грамотность во всех концах государства. Албанская письменность оставалась официальной для всего Восточного Кавказа вплоть до 705 г., когда государственность Кавказской Албании была окончательно ликвидирована, а ее самостоятельная церковная организация была подчинена армяно- григорианской церкви.
Албанский язык относится к языкам Восточного Кавказа, и народности, входившие в Кавказскую Албанию, по праву, считают себя потомками этого государства. И они имеют на это полное основание, поскольку Кавказская Албания существовала более тысячи лет и на протяжении этого времени дагестанские народы входили в состав этого государства, контактировали с ним, и считали себя албанами. Так, одна из народностей Кавказской Албании удины и в XVIII в. себя считали албанами. В XVIII в. Петру I они писали: «мы албаны, по нации утийцы». И табасараны – одна из народностей Кавказской Албании, как остальные дагестанские народности имеют право на наследие этого государства, в том числе и на албанскую письменность, которая проникла и в регионы Дагестана, о чем свидетельствуют эпиграфические памятники, найденные на территории края. В 60-х гг. XX в. в населенных пунктах Левашинского района обнаружены каменные таблички с буквами албанского алфавита. «Директор средней школы с. Карлабко Х. Арсланбеков вблизи развалин древнего городища, — пишет проф. Магомедов, — нашел небольшую каменную табличку, на поверхности которой были заметны 42 вырезанные буквы албанского алфавита, к тому же и в алфавитном порядке. По мнению большинства исследователей, эта табличка – древнее пособие для обучения грамоте».
Для всех народностей, входивших в Кавказскую Албанию едиными были правовые нормы, обычаи, духовная, материальная культура и др. «Народы Кавказской Албании, — пишет А.К. Аликберов, — были объединены общей территорией, государственностью, административно-политическими институтами, автокефальной государственной религией, собственной церковной традицией, государственной идеологией, народными обычаями, материальной и духовной культурой, в том числе письменной, правовыми нормами и установлениями, системой этических представлений».
Как считают исследователи народности, входившие в Кавказскую Албанию, имели единый для них всех общий язык, который при всей диалектной разобщенности албанцев он должен был служить своеобразным междиалектным койнэ, т. е. языком общения народностей страны. Данный язык функционировал в качестве общегосударственного языка.
Памятники албанской письменности, надписи на камнях, были обнаружены и в других селах Левашинского района, а также в селах Акушинского, Агульского, Цумадинского и др. районов. Албанская азбука бытовала в этих регионах в VI — VIII вв.
Поскольку в течение более тысячи лет территория Табасарана входила или находилась в сфере влияния Кавказской Албании это позволяет заключить, что этнокультурное наследие этого государства по праву принадлежит и табасаранам. Это относится и к албанской письменности. Табасараны, как и остальные народности, входившие в Кавказскую Албанию, пользовались албанской письменностью. «О письменности на одном из языков той же группы, что и дагестанские, — пишет проф. Магомедов, — можно говорить лишь с периода существования Албанского государства…Арабское нашествие положило конец существованию этой системы письменности».
Изложенный материал позволяет заключить, что поскольку территория расселения табасаранов в течение ряда веков входила в Кавказскую Албанию, вопрос о распространении албанской письменности в населенных пунктах Табасарана не вызывает сомнений несмотря на то, что на табасаранской территории памятники албанской письменности еще не обнаружены.
Табасаран одним из первых дагестанских владений подвергся арабским нашествиям, поэтому следует полагать, албанская письменность, христианские памятники на этой территории были уничтожены арабскими завоевателями. С VII в. начинается постепенное обращение табасаранского населения в мусульманство, проникновение арабской письменности. Происходит процесс приспособления албанской азбуки, которой в течение веков пользовались табасараны, фонетическим особенностям арабского языка. «Говоря о возникновении письменности у народов Дагестана, — писал М.-С. Саидов — мы допускаем возможность создания письма или его зачатков у наших народов в древности на основе какой-нибудь графики скажем, на основе албанской или другой письменности».
Вместе с мусульманской религией, как ее составные части, распространились среди многих народов арабский язык и арабское письмо. Прежние алфавиты в какой- то степени, употреблявшиеся у многих народов, по мере внедрения идеологии ислама и арабоязычной литературы постепенно были вытеснены арабским письмом.
Итак, табасараны, являясь одной из народностей Кавказской Албании, в течение многих веков подвергались разностороннему, в том числе и культурному влиянию всего албанского населения. Это позволяет утверждать, что табасараны со всем остальным албанским населением пользовались и албанской азбукой, состоявшей из 52 графем.
Знаток многих языков и алфавитов Т. Шалбузов при создании табасаранского алфавита, несомненно, опирался на албанский алфавит, который был приспособлен к фонетическим особенностям арабского языка.
Первые попытки приспособления арабской графики для нужд табасаранского языка относятся к VIII-X вв. Краткие тексты, выражения, написанные арабскими буквами на каменных плитах, на полях арабских книг восходят к этому периоду.
В 30-х гг. XX в. был создан табасаранский алфавит и была использована арабская азбука, которая в раннем средневековье, была основана на албанской азбуке, которая состояла из 52 букв, т.е. столько же букв, сколько и в албанской азбуке.
Не совсем понятно, зачем решением орфографической конференции 1962 г., буквы, обозначающие дентолабиализованные звуки (жв, жъ,чв,чъ,шв), были выключены из алфавита.
Существуют разные мнения по вопросу о возникновении письменности Кавказской Албании. Сомнения во многих случаях являются условием развития науки. Опыт сомнений и дискуссий должен быть обычным делом интеллектуального сообщества. Иначе появление новых идей и развитие науки станет проблематичным. Вместе с тем все надо подвергать сомнению и даже само сомнение.
Вышеизложенное это мое мнение, имеющее право на существование, как и другие.
Магомед Гасанов,
профессор, почетный гражданин Табасаранского района
